Grnline.ru

Журнал аналитика
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как признать недействительной сделку по распоряжению общим имуществом, совершенную одним из супругов

Как признать недействительной сделку по распоряжению общим имуществом, совершенную одним из супругов

Сделки по распоряжению совместным имуществом, принадлежащим обоим супругам, подразумевают согласие на сделку обоих супругов. Однако это правило перестает работать, когда один из супругов утверждает, что второй супруг распорядился общим имуществом, не поставив его в известность и не получив его согласия на это.

Как признать недействительной сделку по распоряжению общим имуществом, совершенную одним из супругов без согласия другого?В данной статье мы рассмотрим порядок действий, актуальный для супруга, который поставил целью добиться признания сделки, заключенной вторым супругом, недействительной.

Каков законный режим имущества супругов

Законным режимом имущества супругов, нажитого во время брака, является режим их совместной собственности вне зависимости от того, на имя кого из супругов было приобретено имущество или внесены денежные средства (п. 1 ст. 33, ст. 34 СК РФ; ст. 256 ГК РФ).

Таким образом, сам факт внесения в ЕГРН записи о государственной регистрации права собственности одного из супругов и указание в свидетельстве о государственной регистрации права или выписке из ЕГРН в качестве правообладателя одного из супругов не отменяет законного режима имущества супругов, если он не был изменен в установленном порядке.

Соответственно, в этом случае оба супруга являются собственниками объекта недвижимости, правообладателем которого в ЕГРН указан один из них (Письмо Росреестра от 28.10.2015 № 14-10087/15 «О рассмотрении обращения»).

Супруги владеют, пользуются и распоряжаются общим имуществом по обоюдному согласию, и при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Таким образом, закон устанавливает презумпцию взаимного согласия супругов на распоряжение их общим имуществом, то есть предполагается, что супруг, отчуждающий общее имущество, действует с согласия и одобрения другого супруга (п. п. 1, 2 ст. 35 СК РФ).

ВС разъяснил, как продать общий дом после развода

Супруги Петровы* в 2014 году приобрели участок, на котором построили дом. При покупке право собственности на землю было зарегистрировано на мужа. В октябре 2018 года они развелись в судебном порядке, а уже в ноябре 2018-го Петров продал дом с участком Максиму Жукову*.

Бывшая жена Петрова посчитала, что ее права при совершении этой сделки были нарушены, поскольку своего согласия на нее она не давала. Женщина обратилась в суд с иском к экс-супругу и покупателю. Она потребовала признать заключенный между ними договор купли-продажи недействительным и прекратить право собственности Жукова на дом и участок. Петрова также попросила суд признать за собой и за экс-супругом права собственности на равные доли в спорной недвижимости. Экспертиза оценила дом и участок в 1,7 млн руб.

Две инстанции – два мнения

Чердаклинский районный суд Ульяновской области требования заявительницы удовлетворил частично. Он признал недвижимость совместно нажитой и взыскал с бывшего супруга половину ее стоимости – 890 000 руб. Первая инстанция отказалась признавать сделку недействительной, ведь нет доказательств того, что Жуков знал или заведомо должен был знать о несогласии Петровой.

Апелляция с таким подходом не согласилась. Ульяновский областной суд признал куплю-продажу недействительной и прекратил право собственности Жукова на имущество. Как объяснил облсуд, на дом и участок распространяется режим совместной собственности супругов. Согласно п. 3 ст. 35 СК, одному супругу, чтобы совершить сделку по распоряжению недвижимостью, нужно получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. В противном случае супруг, не дававший согласия на сделку, может ее оспорить. Эта норма применима к ситуации Петровой, посчитал областной суд.

Покупателя решение апелляции не устроило, поэтому он обратился с жалобой в Верховный суд.

Гражданское, а не семейное: ВС исправил ошибку

Рассматривая дело, тройка судей под председательством Игоря Юрьева пришла к выводу, что семейное законодательство здесь неприменимо. П. 3 ст. 35 СК распространяется только на отношения, возникшие между супругами. Под действие этой нормы не подпадают другие участники гражданского оборота, включая бывших супругов, указал Верховный суд.

  • Злоупотребления должников: способы защиты кредиторов 6 сентября 2019
  • Верховный суд готовит обзор практики по защите прав детей 18 июня 2019

Все материалы

Для продажи дома и участка Петрову нотариально удостоверенное согласие бывшей жены не требовалось. После развода экс-супруги приобрели статус участников совместной собственности, которая регулируется гражданским законодательством. Согласно п. 3 ст. 253 ГК, каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не установлено соглашением. Другой участник может оспорить такую сделку, но только доказав, что у совершившего ее лица не было на то полномочий и что его контрагент знал или должен был об этом знать.

Таким образом, в деле Петровой судам следовало установить, были ли у ее бывшего мужа полномочия на отчуждение недвижимости, и проверить осведомленность Жукова об этом, указал ВС и отправил дело на пересмотр в апелляцию (Определение № 80-КГ20-3 от 30 июня 2020 года).

Это определение не новое для судебной практики, комментирует Арам Григорян из Nektorov, Saveliev & Partners Nektorov, Saveliev & Partners Федеральный рейтинг. группа Международный арбитраж группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Рынки капиталов группа Международные судебные разбирательства группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции × : «Довольно часто можно встретить дела, в которых суды занимают аналогичную позицию и со ссылкой на ст. 35 СК указывают на отсутствие необходимости получать нотариально удостоверенное согласие бывшего супруга на отчуждение имущества, нажитого в браке». С ним соглашается Илья Котляров из КА Ковалев, Тугуши и партнеры Ковалев, Тугуши и партнеры Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Страховое право группа Банкротство (включая споры) группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Фармацевтика и здравоохранение группа Уголовное право группа Корпоративное право/Слияния и поглощения 9 место По выручке на юриста (более 30 юристов) 23 место По количеству юристов 25 место По выручке × , добавляя, что решение гражданской коллегии по делу Петровой лишь укрепляет ранее сформированный подход, на который не раз обращал внимание сам ВС (№ 31-КГ19-8 от 10 декабря 2019 года, № 18-КГ17-105 от 25 июля 2017 года).

Участники или супруги: разница на практике

Определение режима имущества напрямую влияет на исход дела об оспаривании сделки. Если недвижимость в совместной собственности супругов, то отсутствия нотариально удостоверенного согласия второго супруга обычно достаточно, чтобы признать сделку недействительной, говорит Котляров.

Суды в таком случае не требуют от истца дополнительно доказывать, что приобретатель недвижимости знал об отсутствии необходимого согласия.

Илья Котляров, советник КА «Ковалев, Тугуши и партнеры»

Иным образом обстоят дела с общим имуществом, на которое не распространяется режим совместной собственности супругов. Сделки с ним оспорить гораздо сложнее, потому что нужно доказать и отсутствие полномочий на ее совершение у участника совместной собственности, и фактическую или должную осведомленность об этом покупателя.

Например, доказательством такой осведомленности может служить указание на дружеские отношения между продавцом и покупателем, поясняет Олег Буйко из АБ Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры Федеральный рейтинг. группа Антимонопольное право (включая споры) группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Международные судебные разбирательства группа Международный арбитраж группа Морское право группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Рынки капиталов группа Семейное и наследственное право группа Страховое право группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Уголовное право группа Управление частным капиталом группа Фармацевтика и здравоохранение группа Финансовое/Банковское право группа Экологическое право группа Банкротство (включая споры) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Интеллектуальная собственность (включая споры) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Природные ресурсы/Энергетика группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Транспортное право группа Цифровая экономика 1 место По выручке 1 место По выручке на юриста (более 30 юристов) 1 место По количеству юристов Профайл компании × . Также в качестве аргумента суду можно представить выписку из ЕГРН с отметкой о судебном споре в отношении спорного имущества, которая была внесена до даты заключения договора купли-продажи, добавляет Котляров.

Читать еще:  Высчитывают ли алименты с больничного листа в россии

Впрочем, выиграть подобные иски удается немногим.

Суды, как правило, отказывают в признании сделки недействительной со ссылкой на то, что имеющийся в отношении недвижимого имущества режим совместной собственности презюмирует согласие всех собственников, а со стороны нового приобретателя не следовало каких-либо недобросовестных действий.

Екатерина Тягай, партнер Pen & Paper

Партнер МКА МКА «Солдаткин, Зеленая и Партнёры» (SZP Law) МКА «Солдаткин, Зеленая и Партнёры» (SZP Law) Федеральный рейтинг. группа Семейное и наследственное право группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Уголовное право × Ольга Зеленая добавляет, что в итоге истцу часто присуждают компенсацию стоимости его доли в совместной собственности.

* – имена и фамилии участников процесса изменены редакцией.

ВС указал на возможность оспорить сделки по перепродаже имущества банкрота как единую сделку

19 июня Верховный Суд вынес Определение № 301-ЭС17-19678 по делу об оспаривании конкурсным управляющим сделок по отчуждению недвижимого имущества должника, впоследствии сменившего несколько собственников.

Недвижимость, проданная организацией, впоследствии признанной банкротом, сменила ряд владельцев

В марте 2015 г. ООО «Фармстронг» продало Олегу Хуртину два нежилых здания и земельный участок. Цена договоров купли-продажи составила свыше 124 млн руб., которую покупатель обязан был уплатить в срок не позднее 30 дней со дня заключения сделок. Стороны согласились отступить от правил ст. 488 ГК РФ о залоге товара, проданного в кредит: с момента госрегистрации перехода права собственности на отчуждаемые объекты и до момента завершения расчетов имущество не считалось находящимся в залоге у продавца для обеспечения исполнения покупателем его обязанности по оплате. Госрегистрация перехода права собственности на одно здание состоялась в апреле 2015 г., а на остальную недвижимость – 10 июня.

В середине июля того же года в арбитражный суд поступило заявление о признании ООО «Фармстронг» банкротом, которое было оставлено без движения. Сразу после этого новый владелец недвижимости продал ее ООО «МВС Груп» за 124,8 млн руб. Соответствующий договор купли-продажи также предусматривал условие об отсрочке платежа и невозникновении права залога у продавца в силу закона.

В конце июля суд возбудил банкротную процедуру в отношении общества «Фармстронг». В дальнейшем указанные объекты недвижимости за непродолжительное время сменили еще ряд собственников, некоторые из объектов были раздроблены.

Апелляция и кассация не стали удовлетворять требования конкурсного управляющего по оспариванию сделок

Далее конкурсный управляющий оспорил в судебном порядке сделки купли-продажи активов должника в виде недвижимости. Арбитражный суд признал договоры купли-продажи недействительными и взыскал с покупателя 124 млн руб.

Впоследствии апелляция рассмотрела обособленный спор по правилам судопроизводства в суде первой инстанции и привлекла к участию в деле в качестве третьих лиц новых собственников недвижимости. В ходе дальнейшего рассмотрения спора конкурсный управляющий уточнил заявленные требования и просил признать недействительными не только первоначальные договоры купли-продажи спорных активов, но и все последующие сделки с ними как единую сделку, направленную на безвозмездный вывод активов должника. В связи с этим он просил суд применить последствия недействительности прикрываемой сделки, восстановив право собственности должника на отчужденное имущество.

В итоге апелляция отменила определение первой инстанции, признав договоры купли-продажи недвижимости Олегу Хуртину недействительными и отказав в применении последствий их недействительности. В остальной части заявление конкурсного управляющего было оставлено без рассмотрения. Вторая инстанция сочла, что по указанным договорам за несколько месяцев до возбуждения дела о банкротстве должника было отчуждено все его недвижимое имущество, которое не было оплачено покупателем. Сами договоры содержали условия, существенно отличающиеся от обычно применяемых независимыми участниками гражданского оборота (отсрочка платежа с одновременным отказом от права залога), при этом доходы покупателя заведомо не позволяли ему оплатить приобретенные объекты. Таким образом, указал суд, в момент заключения сделок стороны осознавали, что встречное предоставление со стороны покупателя не будет осуществлено.

Апелляция добавила, что конкурсный управляющий не доказал осведомленность конечных собственников о противоправной цели заключения первоначальных договоров купли-продажи спорного имущества, а также то, что все сделки были объединены стремлением достичь единого результата – передачи права собственности на имущество должника конечным приобретателям. В связи с этим суд счел, что право собственности должника на спорное имущество подлежит защите посредством предъявления виндикационных исков вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил подсудности.

Окружной суд согласился с выводами апелляции и взыскал с Олега Хуртина действительную стоимость перепроданного им имущества. В кассационной жалобе в ВС конкурсный управляющий должника оспорил судебные акты нижестоящих инстанций.

ВС напомнил правила определения фиктивных сделок по отчуждению имущества должника

Изучив материалы дела № А11-7472/2015, Верховный Суд напомнил, что при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на такое имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного имущества должника соответствовало его воле – т.е. приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником. В этом случае при отчуждении таким приобретателем спорного имущества на основании последующих сделок права должника (его кредиторов) защищаются путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам ст. 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам ст. 301 и 302 ГК к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного ст. 167 Кодекса.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревался нести отраженные в этом договоре правовые последствия. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара, который принимает решения относительно распоряжения им.

Как пояснил Верховный Суд, во втором случае госрегистрация перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании п. 2 ст. 170 РФ ГК. При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в реестре и объясняет временной разрыв между такими сделками, поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

В связи с этим, указал ВС, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая сделка может быть признана недействительной как подозрительная согласно ст. 61.2 Закона о банкротстве. «Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного ст. 167 ГК, а не путем удовлетворения виндикационного иска», – подчеркивается в определении.

Согласно разъяснениям ВС существенное значение для правильного рассмотрения такого обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, а также реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Читать еще:  Снятие и погашение судимости по российскому законодательству

ВС выявил нарушения, допущенные нижестоящими судами

Верховный Суд пояснил, что апелляция фактически уклонилась от проверки доводов заявителя о реальности сделок по выводу имущества в пользу бенефициаров, связанных с должником. Вторая инстанция также не стала оценивать показания Олега Хуртина – в частности, о том, что он не собирался приобретать указанное имущество, поскольку его доходы заведомо не позволяют оплатить данное приобретение.

«При этом суд апелляционной инстанции не учел, что в отношении прикрывающих сделок документы, как правило, изготавливаются так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворных договоров. Бенефициар, не имеющий формальных полномочий собственника, не заинтересован в раскрытии своего статуса перед третьими лицами, поэтому он обычно не составляет документы, в которых содержатся явные и однозначные указания, адресованные должнику и участникам притворных сделок, относительно их деятельности. В такой ситуации суду апелляционной инстанции следовало проанализировать поведение лиц, которые, по мнению конкурсного управляющего, участвовали в оформлении притворных договоров. О наличии их подконтрольности бенефициару как единому центру, чья воля определяла судьбу имущества должника, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов скоординированы в отсутствие к тому объективных экономических причин; по отдельности эти действия противоречат экономическим интересам и возможностям каждого из лиц; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.», – отмечается в определении.

ВС добавил, что, если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о совершении лишь одной прикрываемой сделки по прямому отчуждению должником своего имущества бенефициару, бремя доказывания обратного переходит на стороны цепочки последовательных договоров купли-продажи, ссылающихся на самостоятельный характер отношений по каждой из сделок.

Как пояснил Суд, в ситуации неправомерного завладения чужим имуществом по недействительной прикрываемой сделке с использованием ничтожных притворных сделок купли-продажи у утратившей имущество стороны возникает реституционное требование к другой стороне прикрываемой сделки – бенефициару, исходя из требований ст. 167 ГК. Однако это не является препятствием для признания за потерпевшим права требовать возмещения имущественного вреда, возникшего вследствие противоправного вывода активов, от лиц, участвующих в заведомо незаконной схеме, в результате умышленных противоправных действий которых был утрачен контроль над имуществом.

В определении подчеркивается, что хотя основания этих требований различны, они преследуют единую цель – возместить в полном объеме убытки продавца, поэтому обязательства приобретателя (бенефициара – стороны недействительной прикрываемой сделки) и причинителя вреда (лица, участвующего в выводе активов через подписание притворных договоров) являются солидарными, что также позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения у пострадавшего.

Таким образом, Верховный Суд отменил постановления апелляции и кассации и вернул в отмененной части обособленный спор на новое рассмотрение во вторую инстанцию. Апелляции рекомендовано предложить уточнить заявления конкурсному управляющему с учетом разъяснений ВС, определить круг лиц, подлежащих привлечению к участию в обособленном споре, и их процессуальный статус. Кроме того, суд должен определить, являлись ли спорные договоры притворными, и исходя из этого, дать правовую квалификацию избранному конкурсным управляющим способу защиты нарушенного права компании-должника.

Адвокаты прокомментировали выводы Суда

Адвокат, партнер Tenzor Consulting Group Антон Макейчук полагает, что в данном определении ВС повторил свои правовые позиции по вопросам оспаривания сразу всей цепочки сделок по выводу активов в рамках банкротного дела. «Одно из первых определений подобного рода (№ 305-ЭС15-12239) было принято Верховным Судом в декабре 2016 г., хотя до этого указанный подход был отражен в Постановлении Президиума ВАС РФ от 15 июля 2014 г. № 1004/14, в котором упомянута возможность признания недействительной всей цепочки сделок. Затем в постановлении АС Уральского округа от 4 февраля 2015 г. № Ф09-6661/12 была признана недействительной цепочка сделок между третьими лицами как связанных со сделками самого должника», – отметил он.

По мнению эксперта, в целом такой подход безусловно верный и согласуется с позицией о правовом пуризме, изложенной в том числе в Определении ВС от 28 мая 2019 № 308-ЭС16-6887, согласно которой недопустимо, чтобы суды, формально соблюдая процессуальное законодательство, тем самым отдавали приоритет формальному над существом. «В комментируемом определении также справедливо отмечено, что существенное значение для правильного рассмотрения данного обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам», – подытожил Антон Макейчук.

Партнер и руководитель практики «Арбитражное, налоговое и банкротное право» КА г. Москвы № 5, адвокат Вячеслав Голенев считает, что в рассматриваемом споре ВС пытается развивать доктринальные подходы к соотношению реституции и виндикации при истребовании имущества, выбывшего из конкурсной массы должника. «В целом можно согласиться с подходом, предложенным Судебной коллегией ВС, которая разделила ситуации с оспариванием вывода имущества из конкурсной массы. В случае реального приобретения надлежащим иском является виндикационный, вне рамок дела о банкротстве – в такой ситуации конкурсный управляющий (кредиторы) будут истребовать от конечного приобретателя имущества в общеисковом порядке. Таким образом, приобретатель имущества имеет шанс на защиту от предъявленного иска, заявляя о добросовестности приобретения. Однако, на мой взгляд, доктрина добросовестного приобретателя в части недвижимого имущества фактически не работает)», – отметил он.

По мнению адвоката, в случае фиктивного характера приобретения имущества по «цепочке сделок» применяется реституция «от первого продавца к последнему приобретателю». «Притворными в таком случае могут быть не только сами договоры, но и субъектный состав сделок – за счет доверительных отношений истинный бенефициар (сам должник или контролирующее его лицо) будет скрыт за “ширмой бумаг и лиц”. В этой части ВС фактически процитировал собственное Определение от 31 июля 2017 № 305-ЭС15-11230, которое заложило основу для “разделения” сделок прикрытия и сделки, прикрываемой в ситуации обособленного спора об их оспаривании», – пояснил Вячеслав Голенев.

Эксперт также обратил внимание на вывод Верховного Суда о том, что существенное значение для правильного рассмотрения спора такого рода имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом и реальности передачи прав на него по последовательным сделкам. «Это более четкое разъяснение, которое, наверное, будет более понятно нижестоящим судам. Несмотря на его явное практикообразующее значение, полагаю, что арбитражным судам все равно будет сложно отделять одни типы ситуаций (реальные) от других (фиктивные), при этом и в том, и в другом случае конечным приобретателям активов должника не позавидуешь, даже если они были добросовестны», – резюмировал он.

муж распродаёт общее имущество/сделки, совершенные без согласия супруга

  • Авторизуйтесь для ответа в теме

#1 -103-1033839838-

Муж с женой пришли продавать акции, записанные на мужа, приобретенные в период брака, короче, общая совместная собственность.
Девушка, оформлявшая покупку отпарвила их к нотариусу для заверения кое-каких документов.
Обратно пришла только жена, которая подписала фамилией мужа все бумаги (договор и передаточное распоряжение), представила нотариально заверенную анкету на имя мужа, а также получила деньги (подписала также фамилей мужа).
Нам отказали в перерегистрации акций в связи с несовпадением подписей.
Мы заявили иск о взыскании убытков, вызванных неисполнением договора. Муж заявил иск о признании договора недействительным по тому основанию, что жена действовала без его воли.

Вот я и думаю, законом установлена презумпция того, что собственник общей совместной собственности, распоряжаясь ею действует и от имени сособственников.
Из обстановки следовало, что жена действует с согласия мужа.

Как вы думаете, что в итоге получится?

  • Наверх

#2 Vitalik Vitalik —>

  • Partner
  • 9203 сообщений
  • Читать еще:  Предварительный договор купли продажи с несовершеннолетним собственником

    ОбратитьсяПубликации

    • Наверх

    #3 -103-1033839838-

    • Наверх

    #4 -To Jma To Kanava-

    Надо будет доказывать, что Вы сделали все необходимое, дабы не понести эти убытки.

    Муж тоже вряд ли что докажет (см. ГК).

    По большому счету не понятен предмет спора. Если возможно поясните для особливо тупых.

    • Наверх

    #5 -103-1033839838-

    • Наверх

    #6 Vitalik Vitalik —>

  • Partner
  • 9203 сообщений
  • ОбратитьсяПубликации

    • Наверх

    #7 -Geliy-

    Если у нас (покупателей) есть подписанный продавцом договор

    Налицо порок воли (нарпимер, муж передумал продавать акции после посещения нотариуса).
    Невозможно сказать, что акции продавались участником общей совместной собственности, поскольку участник совместной собственности совершает сделку ОТ СВОЕГО имени, хотя и с согласия других участников, которое презумируется (что, однако, не означает, что сделку невозможно признать недействительной в будущем). Применеие ст. 183, на мой взгляд, так же проблематично, поскольку представитель хотя и действует от имени другого лица, но ПОДПИСЫВАЕТ договор СВОЕЙ фамилией и СВОЕЙ подписью.
    Возможно, вы стали жертвой СПЛАНИРОВАННЫХ действий. 🙁
    Но тогда можно говорить о мошенничестве.

    • Наверх

    #8 -newbie-

    gerka Все тот же п.2 ст.35:

    Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

    Вот и пусть доказывает. Каким макаром это ему удастся, я не знаю.
    А Вы вызывайте девушку, в кач-ве свидетеля- до нотариуса хотел сделку совершить, а потом вдруг передумал :). Ерунда.

    • Наверх

    #9 -103-1033839838-

    geliy
    Даже если муж и передумал, то мы не обязаны были об этом знать , так как существует презумпция, установленная ст.35 СК.
    Но ведь при этом жена не отрицает, что это именно она подписала договор, пусть и фамилией мужа. Следовательно, в случае чего возможно применить ст.183 ГК.

    newbie
    Спасибо за поддержку.
    Я кроме девушки в качестве свидетелей еще двух дам собрался приглашать. Их рабочие места с ней в одной комнате находятся. Они все видели.
    Я еще вот о чем хотел поговорить: «заведомо должна была знать о несогласии», — это как?
    Я понимаю, что обязанность знать о согласии предусматривает обязанность истребования доверенности о согласии сособственников.
    Но что значит «знать о несогласии»?
    Может быть это связано именно с презумпцией правомерности действий сособственника в общей совместной собственности по распоряжению ею?
    Не могу практически применить эту фразу.
    Не предусматривает ли она каких-либо активных действий, например, об истребовании документов от сособственника или еще чего-нибудь?

    Возможности доказательства приобретения имущества, оформленного на третьих лиц, в браке и признания его общим, если оно оформлено на третьих лиц

    Соответственно, если есть имущество, которое было куплено в браке на общие средства, взятые из семейного бюджета, но оформлено на стороннего человека, возникает вопрос о возможности доказательства того, что оно все-таки является общим.

    Оговорюсь сразу: практически в ста процентах случаев суды при рассмотрении таких дел отказывают в признании того, что имущество является совместным с супругом и приобретено в браке. Это связано с исчерпывающей позицией Семейного кодекса. И здесь надо опираться уже не только на позицию статьи 34, но и обратить внимание на статьи 37 и 38, которые устанавливают правила раздела собственности. Так, если супруги приобрели в браке имущество, которое оформили на одного из них, но покупка была из общих семейных средств, то оно будет однозначно делиться, так как будет признано судом совместно нажитым.

    А вот если покупка была оформлена на третье лицо, например, на маму одного из супругов, то здесь придется приложить достаточно большое количество усилий для того, чтобы доказать, что оно общее.

    Когда требуется нотариальное согласие супруга на совершение сделки

    В силу п.3 ст.35 СК нотариальное согласие супруга необходимо для совершения следующих сделок с общим имуществом супругов:

    1. Либо это должна быть сделка по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации.

    Это не только сделки с недвижимостью, но и сделки с долями в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью (п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25), результатами интеллектуальной деятельности и средствами индивидуализации (в ряде случаев), маломерными и некоторыми иными судами морского и внутреннего плавания, воздушными судами.

    Права на автомобили и акции гос.регистрации не подлежат, а потому для совершения сделки с ними не требуется нотариальное согласие супруга.

    1. Либо это должна быть сделка, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма.

    Это может быть договор ренты, залог доли в уставном капитале ООО, договор эскроу (за исключением случаев депонирования безналичных денежных средств и бездокументарных ценных бумаг), наследственный договор, сделка по распоряжению недвижимым имуществом на условиях опеки, договор о передаче доли в уставном капитале ООО (за некоторыми исключениями), договор по отчуждению или залога доли в праве общей собственности на недвижимость.

    1. Либо это должна быть сделка, подлежащая обязательной государственной регистрации.

    Это может быть договор ипотеки или договор о передаче нежилого помещения в долгосрочную аренду (на срок 1 год и более).

    Следует различать понятия “гос.регистрация перехода права на имущество” и “гос.регистрация сделки”.

    Например, при совершении сделки купли-продажи нежилого помещения регистрируется только переход права собственности на помещение, но не сам договор. Такой договор считается заключенным с момента его подписания сторонами.

    А вот при совершении сделки купли-продажи жилого дома или квартиры регистрируется и сам договор, и переход права. Такой договор считается заключенным с момента его регистрации, а не с момента его подписания сторонами.

    Вопрос #59546
    Можно ли признать сделку по недвижимости недействительной, если один из супругов не был на сделке?

    Автор:

    Суть вопроса:

    Ваш ответ

    Вы должны войти на сайт, чтобы оставлять ответы.

    Ответы:

    Признать указанную оспоримую сделку недействительной можно.

    Спасибо Вам за быстрый ответ!

    Здравствуйте! Можете смело подавать на признание сделки недействительной.

    Спасибо Вам за быстрый ответ!

    Здравствуйте. Такие сделки можно оспорить в суде.

    Спасибо Вам за быстрый ответ!

    Здравствуйте. Очень странная ситуация. Смущает слово «переоформляет». На каком основании и каким способом произошло это переоформление. Здесь возможно различное развитие событий. Если это были два договора дарения, это одно дело. Можно оспорить в суде. Если был договор дарения и отмена дарения, то это совсем другое дело и в суд вообще незачем обращаться. Хотя нужно смотреть основания отмены. Но может быть ситуация, что был заключен договор купли-продажи. Или один договор дарения, другой купли-продажи.

    Вы можете обратиться в суд с соответствующими требованиями при наличии оснований.

    Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

    Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

    Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки ( ст.35 Семейного кодекса РФ ).

    голоса
    Рейтинг статьи
    Ссылка на основную публикацию
    ВсеИнструменты
    Adblock
    detector